Гибель поэта это непросто
Гибель поэта это затменье
Гибель поэта — это не к росту
Гибель поэта — это к паденью
Кто бы ни умер, когда б не почил
Мы ведь поэта запомним на веки
Сколько б людей он не огорчил
Мы ведь все люди, все — «человеки»
Вот был один, все его знают
Тот что умел играть на трубе
На водосточной, на ней не играют
А он умел, и другим — не себе
Да, он творил вопреки всем законам
Пусть и не нравилось это другим
А он писал, и с глубоким поклоном
Мы все за это его и хвалим
Был он для всех новым виденьем
Только закончилась жизнь его грустно
Пуля прервала произведенья
Пуля поставила точку всем чувствам
«Вы ведь всегда такое творили
Что вы людям плевали в душу
А они вас за это благодарили»
Нам лишь один Маяковский нужен

По улице
________рекой
_____________течёт снег
Прохожими в асфальт
___________________втоптанный постоянно
А вот он
________идёт
____________спешит человек
Бежит вон куда-то
_________________глядя в небесный
_________________________________потолок стеклянный
А снег завивает
_______________прохожего с ног
______________________________выносит на дорогу
А улица течёт
_____________в размеренном ритме
________________________________машин
Проталкивая снег
________________по улице понемногу
И слышен лишь визг
__________________визг скользящих шин

А я иду
_______по текучей асфальта грязи
________________________________и вот
Под ногами скрипнул
___________________дороги
_________________________кусок отломанный
От прохожих
___________и вертится этот
__________________________несчастный жмот
По улице
________снежной бурею
_____________________опять скованный
А я шагаю
_________вышагивая по улице
___________________________деревянной
Через кусок
___________и прохожих испуганных
________________________________навек
Лишь тащит снег
_______________втоптанный в асфальт
___________________________________постоянно
И по улице
__________рекой
_______________течёт снег

Сегодня не слышно зрителей смеха
И кто-то уж плачет под фильмы его
Ведь раньше его посмотреть не помеха
Ну а сейчас уж винить некого

Актёр Лесли Нильсен сегодня скончался
Навеки в сердцах он наших пребудет
И помнит его, кто хоть раз посмеялся
И пусть уж никто его не забудет

Давайте же фильмы все его вспомним
Комедии все, где он появлялся
Поймём для себя — что мы его помним
Чтоб он из сердец никогда не стирался

Минута молчания футбольного поля
Стоят футболисты, стоит стадион
И все понимают, объятые горем
Что матч уж не откомментирует он.

Владимир Маслаченко, голкипер блестящий
Хоть, правда, запомнился он и не этим
А помнится как комментатор, парящий
Над полем, всё видя в софитовом свете

Когда забивали — кричал вместе с нами
Когда пораженья — он с нами грустил
И веру вселял он своими словами
И пусть наш вратарь ещё пропустил

И будем мы помнить его комментарий
Почти ведь никто не мог так уметь
Когда он воскликнул, в волненья угаре
«Эх, что-ж вы ребята, ёшь твою медь»

За окном стучит и барабанит дождь
И выстукивает он свои неведомые ритмы
Дождь сегодня дня и ночи вождь
И не складываются что-то рифмы
Стих из головы уже уходит
Ручка перестала вдруг писать
Будто муза меня за нос водит
И не знаю что тут мне сказать
Каллиопа и Эвтерпа, что вы?
Хватит надо мною потешаться!
Заперев мой разум на засовы
Вы не устаёте издеваться
Я стихи пишу, так повелось
И не я себе такое выбрал
Если уж на то — то мне пришлось
Только что от этого я выиграл
Сам не мог я сочинить такое
Кто меня призвал на эту службу?
Ладно, это так, уже пустое
Я всё ещё верю в дружбу.
Вы меня не покидайте снова
Не пытайтесь спрятать мой рассудок
И тогда, даю честное слово
Я не буду вытворять подобных шуток.

Рассвет поднимался над долиной. Его красноватый отблеск сотни раз отразился на листьях, которые были в ещё свежей утренней росе. Что-то кольнуло в груди и я поёжился от холода, ворвавшегося в душу.
Я ещё сильнее прижался к ней и тихонько приобнял.
А красные линии неба проникали в меня и растворяли в них. Я был рассветом и синим небом. Я отражался в росе на листьях и распускал красноватый свет. А вокруг не было никого, но я чувствовал всех.
Тишина завораживала. Я забрезжил ещё сильнее и вот уже светился розоватым светом. Я обхватил собой мир и заставил себя проникнуть в него. В это время на мне начал появляться диск.
Но я сопротивлялся, и в какой-то момент я собрал в себя всё розовое сияние и влился в этот диск. Я захватил его и раскинул золотые лучи повсюду. Они окружали меня как ореол. Я был всем. Я видел и понимал всё.
А может это и не лучи, может это были её волосы.
А я видел что парень и девушка сидят в траве, прижавшись друг к другу. Там был не я, я — это всё. Я кинул им ещё лучей и взмыл в облака.
Подо мной были моря, реки, долины. Я дарил всем людям радость и счастье. Но потом лучи стали кончаться. Я вылился из диска и снова стал розовым сиянием, раскинувшимся по небу.
Я проснулся от того, что она будила меня. Солнечный лучик попал мне в лицо и я засмеялся как ребёнок. Я это всё ещё я. А в это время я висел в облаках, разгоняя темноту мира.

Улица рухнула
Под тяжестью лошади
Взрыв
Эхо катится, кувыркается по переулкам
Взрыв!
Карета опрокинулась звонко
ВЗРЫВ!!!
На мостовой он лежит истекая
Гранатовым соком жизни
Улица впрыгнула обратно
Эхо затихло, голосу уступая
-Убили, убили императора
И над столицей раскинуло лапы
Первое марта.

Раскинулась Россия предо мною
Во всей своей невиданной красе
Ведь ей хоть летом, хоть весною
Способны удивляться все.
Откуда же её увидел я?
Ведь не пронёсся птицей над долами
И не с горы, усеянною облаками
Да и не с палубы большого корабля
Нет, просто знаю что она такая
И только тут такие реки и моря
Такая тропка тихая лесная
А слякоть неожиданная ноября
Рассвет над Волгою широкой
Закаты над Москвой-рекой
А шелесты сосны высокой
Вороны, каркающие надо мной
И ночи белые над Северной столицей
Капель апреля во дворах
А пение какой-то звонкой птицы
Туманы на вершинах и в долах
Суровые метели февраля
И летний августовский зной
Дожди, непрекращающиеся, октября
Весенний дождик надо мной
Сверчки в огромном, тихом поле
А вой собаки на луну
И родины другой не надо боле
Ведь я люблю страну одну.

Философ входил в небольшой городок, раскинувшийся на склоне горы. Это был даже не город, а скорее деревушка. По улице ходили люди, стадо овец мирно прогуливалось по соседнему полю.
После 10 минут ходьбы, философ присел около небольшого дома, окоро вершины горы.
-Как поживаете?
Философ обернулся, в полутьме сидел какой-то человек.
-Неплохо, а вы кто?
-НУ сложно сказать кто я. Наверное человек для начала. Я уже давно живу тут, здесь красиво, не находишь? Но я знаю много о красоте всего мира.
Философ посмотрел вдаль улицы и задумался.
-Да, пожалуй. Но нельзя оценить красоту чего-то не сравнив его с чем-то другим. Бывал ли ты где нибудь, кроме этого места?
Человек усмехнулся и отрицательно покачал головой.
-Ну вот, а я был повсюду и говорю — большинство мира не так уж и прекрасно.
-Это не правда, да согласен я отсюда не выходил, и не видел столько сколько видел ты — но я считаю этот мир красивым.
Философ обернулся посмотрел на него.
-Интересно, как это ты никуда не выходил, но знаешь всё о красоте мира.
Человек выдвинулся из тени и взглянул на философа.
Тот с изумлением понял что человек слепой.
-Я ничего не понимаю… но как?
Человек усмехнулся и показал себе на голову.
-Я не смотрю на мир, я его вижу.
-Но как видеть без зрения?
-А с чего ты решил, что видеть можно только глазами — есть уши, чувства…
Человек обернулся в сторону горы и всдохнул.
-Я видел мир, в то время как ты просто смотрел.
Философ недоверчиво покачал головой и встал.
-Удачи тебе в поисках.
Сказав это Человек улыбнулся и снова отодвинулся в тень.
Когда философ вышел из города, он решил подняться на гору. Тропинка неспеша вилась среди утёсов и скал. К тому момент как он поднялся, низину окутало туманом.
Философ расстроенно закрыл глаза и сел на камень. В этот момент он увидел. Он ясно видел долину и городок, но снова открыв глаза, вокруг был лишь туман.
Философ протёр глаза и вновь закрыл их. Он ясно увидел улыбающееся лицо Человека. Философ понял что он увидел.

Вечер медленно опускался на город. Улица была почти пуста, не считая нескольких людей, торопившихся с работы домой. Уже холодало, так что они были рады поскорее почувствовать тепло домашнего очага.
Я поёжился от холода. Мне бы тоже сейчас хотелось домой, но было одно дело. Я пересёк улицу и направился к её дому. Он был довольно далеко от моего, поэтому пришлось далеко идти. Впрочем мне не привыкать.
Я ходил сюда очень часто и давно уже запомнил дорогу. Вот я прошёл по узенькой, утоптанной дорожке во дворе. Я даже недавно стал задумываться — не утоптана ли она мной?
Со стороны улицы дул холодный ветер, но как только я зашёл во двор, он прекратился. Вот и знакомый белый подъезд Не доходя несколько шагов, я остановился и задумался. Стоит ли это делать?
Но пересилив себя, я сделал шаг к подъезду. Сердце почему-то начало бешено колотится и выпрыгивать из под куртки. На следующий шаг у меня дрожали колени. Впрочем в первый раз я вообще не дошёл до подъезда, а обогнул его. Я собрал всю волю в кулак и подошёл к домофону.
Переведя дух я протянул руку и нажал на звёздочку. Кнопка мягко продавилась у меня под рукой. Я стал набирать номер её квартиры. 3-2-6. Тут резко дёрнулась дверь и что-то запищало. Я отскочил от дери.
Она открылась и оттуда вышла женщина, разговаривая по телефону.
Я стоял как загнанный дверь, и хорошо что она не обратила на меня внимания. Я снова унял сердце, бешено колотившееся в грудной клетке.
И вот я снова набрал так знакомый мне номер. Домофон мягко загудел и я шумно выдохнул.
Тут раздался щелчок поднятой трубки. Сердце скакнуло в такт щелчку и замерло.
«Алё, кто там?» — Раздался её голос
Я открыл рот, но не смог выговорить и слова. Слова застряли в голосовых связках и я молча шевелил губами как рыба.
«говорите, я слушаю»
Я напряг связки и еле слышно выдавил «Я люблю тебя».
Но трубку уже бросили. Я снова хотел набрать номер, но потом осёкся. Что-то мешало мне. Я посмотрел на свою руку, казалось она мне не подчиняется.
Я попытался пошевелить пальцами, но не смог. Сердцебиение гулко отдавалось в ушах. По прошествии нескольких минут попыток, рука снова стала подчиняться мне. Я хотел набрать номер снова, но с удивлением заметил что стою в нескольких метрах от подъезда. Зло сплюнув я вышел навстречу ветру, а за спиной у меня виднелся её дом.