Ночь — пока поэтов и убийц,
Пора блуждающих огней;
Пока случайных сонных лиц
И снов прекрасных кораблей.

Когда рвёт сердце жар огня,
Огня обиды и любви;
Пора, где ищешь и тебя
И тонешь в шуме тишины.

Так одинока и темна,
Ранима светом фонарей…
Мы ночью молча ждём утра — Начала скучных будних дней…

Ночь — пока поэтов и убийц,
Порка блуждающих огней;
Пока случайных сонных лиц
И снов прекрасных кораблей.

Когда рвёт сердце жар огня,
Огня обиды и любви;
Пора, где ищешь и тебя
И тонешь в шуме тишины.

Так одинока и темна,
Ранима светом фонарей…
Мы ночью молча ждём утра — Начала скучных будних дней…

Мне хочется тобою напиваться
Конкретно, без остатка, целиком.
И больно каждый вечер расставаться,
Так хочется остаться лишь вдвоем.
Закутаться уютно в одеяло
И просто молча рядом посидеть,
Склониться на плечо твое устало
И ночью нежно твою душу греть.

А сможешь ли ты смириться,
Когда к другому уйдет она?
Ее сердце продолжит биться,
Но всего лишь не для тебя.
А сможешь ли ты продолжить
Без рук ее теплых жить?
Одиночество не поможет.
Сердце разум не сможеть простить.
Ты уже никогда не услышешь
Ее голос и ласковый смех.
Ты живешь ею, ею дышешь,
Так держи ее крепче всех.

Поэма памяти Николая Некрасова

    Авак Авакян
    Красноярск

Эпиграф: «ГОСПОДСТВУЮЩАЯ РЕЛИГИЯ — это религия государя, который с помощью сабель и штыков неопровержимо доказывает остальным религиям своей страны, что они заблуждаются, что его духовник прав и что состоящему при его особе совету надлежит устанавливать обновы вероучения.» [Пауль Гольбах].

 
Есть граждане в русских селеньях
С запойной багровостью лиц,
С чиновничьей силой в движеньях,
С богатством, достойным цариц.

И только слепой не заметит
Их чёрный, как Смерть, балахон:
Пройдёт — как косою зацепит,
Сокрывший свой лик в капюшон.

Идут они той же дорогой,
Какой весь народ наш идёт,
Но грязь обстановки убогой
Их в жизни мирской обойдёт!

Они и налогов не платят!
Церковниками их зовут.
Прогресс на скаку остановят;
Учёных в костре разожгут.

Их, видите ли, оскорбляют
Открытия научных статей —
Ведь, якобы, те разжигают
Гражданские распри людей.

Ведь текст статьи опровергает
Церковников древний завет.
И этим статья отнимает
У церкви доходы монет.

Ведь все эти опровержения
Доказывают, что «пророк»
Глаголил церковников мнения,
Которые дал им не бог.

Их храм рэкетиры возводят,
Как плату богам за разбой.
А «батюшки» в сан их возводят,
Глася, что бандит стал святой.

Коль опыт духовный старушку
В пророческом сне посетил —
С грузилом на шее в речушку
Церковник её поместил.

В бабулек кидают камнями,
Знахарок коптят на кострах,
Пророчицу вяжут цепями,
Пытают в церковных дворах.

Гольбах из французского царства
Писал, что церковный завет
«Доказан» штыком государства,
Навязан на наш белый свет.

Научные факты церковник
Не станет ни с кем обсуждать.
Ведь проще, чтоб царства чиновник
Репрессии стал назначать!!

Наивных учёных плеяды
Им доводов свод изрекли.
Но вместо дискуссий отрады,
Чиновники их испекли!!

И критика их оскорбляет,
И шаржи толкают к резне!!
Пугливо молчать заставляет
О церкви чиновник в стране!!

Церковник мирян поучает
Не грабить и не убивать.
Но непременно сжигает
Церквям нелояльную рать!!

Когда–то они проклинали,
Исчадием ада считали
Прогресса продукт — пароход.
А ныне они окропляют
(И прайсы за это вручают)
Ракеты и атомоход!!

Их гуру сказал им когда–то
Имущество нищим раздать.
Но множат попы своё злато,
Стремятся в миру процветать.

Сказал, что богатому трудно
В царствие бога войти;
Что больше канату удобно
В игольные уши пройти.

О мире хотелось мне горнем
С церковником диспут начать,
Но поп предпочёл в мире дольнем
Недвижимость в граде скупать.

С бронёй и охраной машина
Попов и их злато везёт.
Не по сердцу эта картина
Всем любящим русский народ!

опера для телефона скачать бесплатно

( Читать дальше ) развернуть

Когда твою душу переполняет страх, сердце бьется с бешеной скоростью, дыхание становится учащенным, ты видишь перед собой лишь свет, свет в конце туннеля. Который спасет от этого бешенства и сумасшествия. Поможет выбраться из болота, которое все сильнее затягивает тебя. Ты бежишь, бежишь с бешеной скоростью, чтобы достичь света. И когда, наконец, ты достигаешь светлой двери, она закрывается перед твоим носом и вместо спасительного света, тебя обволакивает мрак. Мрак и страх. Бежать больше не можешь, ты застыл в оцепенении. Мышцы сводит судорогой, зубы сжаты так сильно, что сводит челюсть. Сильно болят ладони, из-за ногтей, впившихся в них. После оцепенения начинает трясти. Ты ждешь конец, что вот-вот к тебе приблизятся все твои страхи и поглотят тебя с головой. Что в голове больше не останется места для крошечного счастья, что больше не будет сил бороться и твое сердце остановится. С последним глухим ударом, приходит вечный покой. Вечное облегчение и вздох полной грудью. Ты больше вне своего тела. Ты порхаешь над всем этим ужасом, но тебя не покидает беспокойство, когда понимаешь, чтобы увидеть свет, нужно было лишь поднять голову вверх. Раскинуть руки в стороны и взлететь. Убраться подальше от страхов. Убраться подальше от боли, которая так неистово владела твоим разумом. Но вместо этого ты наблюдаешь, как твою плоть рвут на куски мерзкие создания со стальными клыками. Разрывают на части и убегают обратно в тень. Чтобы никогда не показаться свету. А ты, видя все это, понимаешь, что больше никогда не сможешь вернуться, что больше полета и спокойствия ничего не почувствуешь. Ни любви, ни страха, ни одного переживания. Хочется назад, ты протягиваешь руку, но невидимые оковы не дают этого сделать. И все. На этом твой полет кончается и начинается новая ступень ада…

Безумно долго шла война под знаменем креста.
И люди падали, но поднимались,
Всецело веря, что душа их будет вновь чиста
И прощены грехи убийству женщин.
Лишь подчинение, слова могли поднять их веру
И лишь набитая «душа» большой монетой
Согрела сердце «воина за веру»
Один приказ менял судьбу народа,
Но, а воитель за цену работы
Готов был прыгнуть в пену дремлющего ада
Бессонного парада с крестами на груди
и алчного взгляда фальшивого аббата,
служившего чистилищу души.
Скрипящая ему отрада
Бездонно наблюдать очами путаными лжи
За пиром и парадом богатого Фарада.
Владычеству другого мира
Так будет его смерть ему же адом,
Который предписал ему аббат.
За то, что он служитель врат другого мира, веры и души
За то, что он в числе мужей враждебной стороны.

Цунами мыслей и шагов,
Несется сквозь немую душу,
Потоком мелких сквозняков,
Мне так становится все груще.

Спрошу Я мыслями однажды,
Насколько явен был тот сон,
Когда становится все важно,
И мир мне виден всех сторон.

Как карты ясно обнажая,
Предстанет тень былых очей,
И ярко светом так внимая,
Вновь окажусь в тепле ночей.

Я часто снова возвращаюсь,
К тем временам, плывущим вновь,
И словно в мыслях забываясь,
Шепчу все чаще, лишь любовь.

Порой так важно очутиться,
В тени несбывшийся мечты,
Ведь не дано никак молиться,
Мы рождены лишь для борьбы.

bab4enko.
Давно наблюдал за Вашим «творчеством» и высказываниями, и хочу заметить то, что большую убогость и бездарность мне не приходилось встречать до сей поры. Удивительно, что Вас, «многоуважаемый», ещё не спровадила администрация, точнее отсутствие её.
Вы нашли именно то место, которое подходит под Ваше определение «ложи»: пустота, безответственность, маразматичность, убогость и безнаказанность. Ведь что, если не это, может так заинтересовать убитого гнилым обществом человека, составляющем которого являетесь и Вы, сущность которого не сможет познать даже профессиональный психолог и психиатр совместно?
Неудивительно то, что Вы действительно глуп, убог и отстранены от нормальной общественности, потому как если бы в Вашем сознании хотя бы мелькнула мысль о том, что пора заняться делом, найти работу и жену, а не пробивать своё тающее время с бутылкой портвейна и кривым выражением лица, то в Вас бы появилось хоть немного, но человеческого.
А так, говоря на современном сленге: «Тролль гнёт ель».